Алматинцы недовольны правительством и хотят выбирать акима сами

Об этом узнали политологи, которые провели исследование среди горожан

В начале июня в Казахстане состоялись выборы акимов нескольких областей. Выбирали акимов маслихаты. Напомним, согласно инициированным президентом страны и вступившим после референдума в силу поправкам к Конституции РК, глава государства предлагает депутатам выбрать акима из двух представленных им кандидатов.

По сути, речь идет о косвенных выборах руководителей регионов. Выборы же акимов городов районного значения, сёл, поселков и сельских округов являются прямыми и стартовали еще в начале 2022 года.

Казалось бы, налицо развитие местного самоуправления и укрепление тренда по разгрузке вертикали власти. Однако казахстанские исследователи утверждают, что реформы сильно запоздали: алматинцы, например, давно хотят сами выбирать акима города, но даже если им это разрешат, они вряд ли будут удовлетворены действиями властей.

30% – за назначение акимов

Ныгмет Ибадильдин, PhD в области политологии и международных отношений Университета Тампере (Финляндия), Динара Писарева, PhD Австралийского национального университета, Бермонд Скоггинс (Bermond Scoggins), PhD Австралийского национального университета, и молодой соискатель Жангир Кабдулкаир закончили в мае исследование, посвященное политическим реформам в Казахстане, где пытались выяснить, оказывают ли реформы положительный эффект на социальную и политическую стабильность страны. Они ответили на ряд наших вопросов.

Динара Писарева
Динара Писарева

Динара Писарева: Наше внимание привлекли именно выборы акимов, поскольку это то, что алматинское население ожидает уже довольно долго. Для нас, как политических исследователей, было интересно узнать, улучшится ли социальная стабильность в стране, если реформы все же будут запущены? Не будет ли повторения январских событий? Чтобы замерить реакцию людей на предложенные реформы, в нашем исследовании мы впервые применили экспериментальный метод, основанный на предоставлении выбора. Пока у нас такие методы не пользуются спросом, в основном социология основывается на опросах, интервью и т.д.

F: В чем именно суть эксперимента?

Д.П.: Принцип исследования состоит в том, что опрашиваемые делятся на три группы: экспериментальные и контрольную. Мы взяли рандомно 500 человек (в условиях Алматы это вполне репрезентативная выборка) и разделили их на 3 группы. Первая группа получила описание сегодняшней ситуации (то есть на данный момент аким Алматы назначается президентом) и должна была ответить, устраивает их это или нет и насколько они удовлетворены действиями правительства. Вторая группа отвечала на вопрос, сформулированный несколько иначе: «В предстоящей реформе маслихат участвует в выборах акимов. Насколько вас устраивает эта ситуация и насколько вы будете удовлетворены действиями правительства, если они применят эту реформу?» Вопрос для третьей группы начинался с того, что: «Если правительство внедрит выборы акима в Алматы…» и далее те же самые два вопроса.

F: И каковы результаты?

Д.П.: Во всех трех группах видно, что количество людей, одобряющих назначение акима президентом, очень маленькое – около 30%. Процент людей, которые были бы довольны внедрением непрямых выборов через маслихат, уже выше – примерно 80%. И самое большое одобрение получило внедрение прямых выборов – 95%.

Молодежь за прямые выборы

Бермонд Соггинс: Мы также делали выборку респондентов по этнической группе, возрасту и уровню образования. Исследование показало, что, невзирая на различия, практически все респонденты поддерживают выборы. Правда, молодые люди бескомпромиссно поддерживают прямые выборы акимов, а среди тех, кто постарше – чуть выше процент за косвенные выборы через маслихат.

Бермонд Соггинс
Бермонд Соггинс

Д.П.: И еще одна интересная вещь: практически все недовольны правительством, независимо от формы выборов или назначения акимов. Даже если правительство введет прямые выборы акимов, люди все равно не будут им особо довольны.

Ныгмет Ибадильдин: Если резюмировать, то все одобряют выборы, но отношения к правительству это не меняет. Интерпретация такова, что эта реформа давно назрела. Люди достаточно рациональны, умны и к правительству очень скептичны. Правда, стоит отметить, что это только Алматы, который всегда был более оппозиционным. Сейчас мы готовим эксперимент на уровне всей страны и замерять будем отношение общества к более широким политическим реформам. Мы хотим понять, при каких сценариях изменений внешней политики Казахстана и сопутствующих экономических последствиях люди будут еще поддерживать внутренние политические реформы.

Зачем нужны эксперименты?

F: В принципе, результат исследования достаточно прогнозируемый. Для чего надо было экспериментировать с тремя группами, если исход ожидаем?

Б.С.: Существует такое понятие, как «ложь респондента». В традиционных опросах сам порядок вопросов таков, что человек в определенный момент понимает, чего от него ждут, и начинает, как бы отвечать «в масть». А тут люди не думают о том, чего мы от них хотим, поэтому данные об их поведении более точные.

Н.И.: Традиционные опросы не помогают измерить такие вещи, как расизм, сексизм или гомофобию. Ведь далеко не все ответят честно на вопрос: вы гомофоб или нет? А в авторитарных странах очень сложно проводить опросы, потому что люди обманывают сознательно. У них есть самоцензура. К примеру, один из недавних опросов россиян показал, что 77% из них поддерживают войну в Украине, но на самом деле никто не знает, правда ли это.

Референдум ради легитимности

F: На ваш взгляд, почему власти так торопились с июньским референдумом?

Д.П.: Согласно национальному плану, до конца года правительство намерено внедрить очень большое количество реформ. Это и внедрение МСУ, и парламентские выборы. Для них важно было решить вопрос с легитимностью, чтобы начинать внедрять предложенные реформы.

Ныгмет Ибадильдин
Ныгмет Ибадильдин

Н.И.: Президенту Токаеву был необходим мандат доверия перед внутренними элитами, перед народом и внешними игроками. Выборы 2019 года – все понимают, что там огромной тенью стоял Назарбаев, который был гарантом Токаева. Сейчас его роль уменьшилась в разы. Так что это был, скорее, суррогат выборов. Насколько я понимаю, сейчас президент собирается забирать привилегии у «big-man», но для чего он это делает? Для перераспределения между «своими»? Или для того, чтобы было более открытое взаимодействие общества и государства? Это пока не ясно. Конечно, всех напугал «қаңтар». И это был, в том числе, ответ на январские события.

F: На ваш взгляд, какие из изменений в Конституцию действительно повлияют на судьбу Казахстана?

Н.И.: Изменения в процедуре выборов в маслихат и изменения порога прохождения политических партий в парламент. А также исключение наболевшей нормы про первого президента.

Возвращайтесь к нам через 4 недели, к публикации готовится материал «Пятьдесят оттенков Хургады »

: Если вы обнаружили ошибку или опечатку, выделите фрагмент текста с ошибкой и нажмите CTRL+Enter
12224 просмотров
Поделиться этой публикацией в соцсетях:
Об авторе:

Орфографическая ошибка в тексте:

Отмена Отправить